А Сила Любви – это мощная сила.
Любовь – это наркотик?

*** В Тантра-Джйотише сочетание качеств -- свойств и характеристик -- Грах, Раши, ПервоЭлементов ***
Сочетание качеств и свойств Грах, Раши, Бхав, ПервоЭлементов в Тантра-Джйотише.
2016-04-11
*** Природа успеха - это закономерно полученный результат в определённой среде. ***
Антон Кузнецов: семинар/вебинар
“Как стать успешным астрологом”.
2016-04-21
Показать все

А Сила Любви – это мощная сила.
Любовь – это наркотик?

*** Любовь - наркотик и Сила - в состоянии любовного экстаза влюблённый подобен зависимому наркоману ***

Сила Красоты – это страшная сила. 🙂
А Сила Любви – это ещё более страшная сила.

Любовь как чувство и эмоция.
Любовь как ощущение и восприятие.
Любовь как зависимость и как наркотик.
Любовь как психическая болезнь.
Любовь как шаг к ненависти.
Любовь как умопомрачение.
Любовь как древний механизм для выживания.
Любовь как химические процессы в мозгу.

Хотите узнать подробнее?

 


В состоянии любви влюблённый подобен наркоману с зависимостью

“Любовь – грубое преувеличение различия между одним человеком и всеми остальными.
В любви рано или поздно наступает срок сведения счётов.”  
—  Бернард Шоу

Джордж Бернард Шоу знал силу романтической любви. Как романтика, так и любовь могут существовать, поэтому будем придерживаться такой точки зрения: бывают страстные отношения — и эта страсть прекрасна, когда отношения идут хорошо; но отношения превращаются в ужасно отрицательные страсти, когда любовь уходит. Кроме того, следует помнить, что любовь (романтические и любовные взаимоотношения) проявлялись у людей с древних времён, когда еще обезьяноподобный человек и его “прародители” бродили по траве в Восточной Африке примерно 3,2 миллиона лет назад.

*** Любовь — древний механизм для выживания и химия ***

Исследуем романтическую любовь.

Даже с обывательской точки зрения, “счастливый” влюблённый проявляет все качества, присущие наркоману. Прежде всего, опьяненные любовью женщины/мужчины жаждут эмоционального и физического единения со своей целью — с их “любимым”/”любимой”. Эта жажда (сильное желание, тяга) является центральным компонентом всех видов любовной зависимости. Также влюблённые испытывают прилив восторга, экстаза в форме “опьянения”, когда думают о нём/ней. Их одержимость влияет на поведение следующим образом: влюблённый пытается взаимодействовать с “объектом любви” всё больше и больше, в научной литературе по наркологии это называется как «интенсификация». С такой же одержимостью они думают о своих любимых — такая форма навязчивого мышления является основополагающим признаком зависимости, аналогично, как и в случае наркотической зависимости.

У “влюблённых” также искажено осознание действительности; они меняют свои приоритеты, систему ценностей и ежедневные привычки, чтобы приблизиться к “объекту любви” и часто совершают неуместные, опасные или экстремальные поступки ради того, чтобы “оставаться в контакте” или произвести впечатление на любимого человека.

Даже личность человека в любви изменяется. Эти метаморфозы известны как “патологический аффект” (pathological affect). Действительно, многие люди, пораженные “любовным опьянением”, готовы пойти на жертвы ради своего любимого и даже умереть за него/неё. Как и наркоманы, которые страдают, когда не могут получить свою дозу наркотика, так и влюблённые страдают, когда находятся в отдалении от обожаемого им человека, что вызывает у них похожее поведение. Это обозначается в психологии как “тревожное расстройство” (anxiety disorder).

Однако, реальная проблема начинается, когда влюблённого отвергают. Большинство брошенных мужчин/женщин испытывают общие признаки абстиненции (withdrawal syndrome), в том числе такие проявления этого состояния, как протест, плач, вялость, беспокойство, нарушения сна (слишком много или слишком мало), потеря аппетита или переедание, раздражительность, хроническое чувство одиночества.

Влюбленные люди также повторяют путь наркоманов. В частности, долгое время после окончания отношений у влюблённого вызывают воспоминания события, люди, места, песни или другие внешние сигналы, связанные с отказом его “объекта любви”. Кроме того, он делает такие попытки, как вспышки новых страстных желаний, навязчивое мышление (obsessive thinking), компульсивные (compulsive, непреодолимые) желания позвонить по телефону, попытки переписки или встречи — всё это делается в надежде возродить романтические отношения. Таким образом, поскольку ощущения романтики и любви регулярно ассоциируются с набором признаков, связанных со всеми видами зависимости, то психологи пришли к мнению, что “романтическая любовь” может потенциально превратиться в зависимость, аналогичную наркозависимости.

Учёные считают, что романтическая любовь – это вид наркомании. Причём, как было сказано выше, это либо 1) “положительная наркомания”, когда чувство любви получает ответные действия (“взаимность”) и проявляется в ненавязчивой и целесообразной форме; либо 2) катастрофически отрицательная форма наркомании, когда чувства “романтической любви” становятся неуместными, навязчивыми, безответными или отвергнутыми.

 ‘          “Если сначала научная идея не кажется абсурдной, то на неё нет никакой надежды.”
— Альберт Эйнштейн.

Любовь как состояние зависимости

Некоторые учёные сравнивают чувство “романтической любви” с наркоманией, потому что они считают, что обе эти страсти являются патологическими и вредными (пагубными, негативными). Научные данные подтверждают это: когда нейрофизиологи Андреас Бартельс (Prof. Andreas Bartels, Германия, Бонн) и Семир Зеки (Semir Zeki, Великобритания, University College London) сравнили функционирование мозга счастливых влюбленных с мозгом наркомана, находящегося в состоянии эйфории (которому, например, только ввели кокаин или опиоид), то они обнаружили, что активизируются одни и те же участки коры головного мозга. Когда Хелен Фишер (Helen Fisher, Нью-Джерси, США, Rutgers University) и коллеги проанализировали данные, взятые из исследования влюбленных мужчин и женщин, то они обнаружили активность в Прилежащем ядре головного мозга (nucleus accumbens, NAcc); эта область мозга связана со всеми зависимостями, в том числе, показывает тягу к героину, кокаину, никотину, алкоголю, амфетамину, опиатам, а также к азартным играм, сексу и еде.

Мужчины/женщины, которые находятся в ярком счастливом состоянии любви, буквально увлечены своим объектом любви. Поэтому в таких опытах нейробиолог Люси Браун (Lucy L. Brown Ph.D., США, Albert Einstein College of Medicine) отметила, что состояние “романтической любви” является родственным наркомании; и переходу в это “измененное состояние” сознания подвергались все люди, принимавшие участие в данном эксперименте.

Как выяснилось, “романтическое влечение” связано с набором психологических, поведенческих и физиологических признаков. Поэтому сбор данных, которые исследовала Дороти Теннов (Dorothy Tennov, США, University of Bridgeport) как проявления состояний “Любви” и “Влюблённости“, начался по классическому сценарию разбора психологических состояний, таких, как сумасшествие, помешательство.

Дороти Теннов и её коллеги собрали и изучили около 200 примеров состояния романтической любви. Они просили 400 мужчин и женщин в исследовательском центре университета Бриджпорт (University of Bridgeport) в штате Коннектикут (США) описать свои реакции на эти примеры и дать ответы по каждому в виде: “истинно или ложно”. В её опросе также участвовали сотни добровольцев и помощников. Из всех ответов Д.Теннов определила группу родственных характеристик, которые дают общие признаки ощущения состояния “я влюблён/влюблена”. Это состояние человека она называла «влюбленностью».

Первый драматический аспект романтической любви появляется в тот момент, когда другой человек (“объект любви”) начинает приобретать слишком “особое значение”. “Влюблённый” начинает чрезвычайно пристально сосредотачиваться всё своё внимание на объекте любви. Учёным это состояние известно как “выпуклость” (convexity). Объектом такого “особенного значение” может стать как давно знакомый человек (но “влюблённый” начинает видеть его в исключительно новом свете), так это может быть и совершенно незнакомый человек. Так выразил свои ощущения один из участников опыта Д.Теннов: “Весь мой мир изменился. Эти ощущения (любовь, влюблённость) были новым фокусом моей жизни, и центром этого стала она (объект любви)”.

Далее романтическая любовь развивается по характерному рисунку, начиная с “навязчивого мышления” (obsessive thinking). Мысли об “объекте любви” начинают вмешиваться в разум “влюбленного”.  «««Она Вам что-то сказала… Вы видите её и её улыбку … Вспоминаете её слова или какой-то конкретный момент… Вы чувствуете недосказанность… Вы смакуете каждое воспоминание… Вы рассуждаете о том, что ваша “любимая” будет думать о книге, которую вы читаете, о фильме, который вы только что видели, или о проблеме, с которой вы столкнулись в жизни… и каждый крошечный отрезок времени, когда вы оба провели вместе, приобретает значимость и становится материалом для воображения.»»»

Сначала эти навязчивые мечты могут иметь спонтанный и неравномерный характер. Но многие участники опыта говорили, что с ростом привязанности они тратили от 85 до 98 процентов своего времени, думая и заботясь об этом одном человеке (“объекте”). Действительно, вместе с этой “навязчивой идеей” (fixation   – «навязчивая идея, комплекс, мания»), влюблённые частично теряют способность сосредотачиваться на других вещах, таких, как ежедневные дела, задачи, работа и школа; они начинают легко от них отвлекаться. Кроме того, они начинают фокусироваться на самых мелких аспектах обожаемого человека, превозносить его черты; это – так называемый, процесс кристаллизации. Кристаллизация (crystallisation) отличается от идеализации (idealisation) тем, что увлечённый человек также воспринимает и слабые стороны своего кумира. На самом деле, большинство из участников исследования Д.Теннов могли перечислить и недостатки своего возлюбленного/возлюбленной. Но они просто откладывали эти недостатки в сторону или убеждали себя в том, что эти недостатки или проблемы были уникальными и волшебными. Поэтому говорят: “любовь слепа”.

В приоритетных ежедневных мечтаниях (идеях) влюблённых участников исследования Д.Теннов были три важнейших ощущения: “жажда” (longing – «сильное желание; горячее стремление»), «мечтание» (hope – «надежда; ожидание; упование») и «неопределённость» (uncertainty – «неуверенность; изменчивость; неизвестность»). Если “заветный человек” (объект) подавал малейший положительный признак внимания, то одурманенный “влюблённый” проигрывал (проживал) эти “драгоценные моменты” жизни в своём мышлении в течение нескольких дней. Если “влюблённый” хотя бы один раз был отвергнут в своих попытках, то неопределённость могла превратиться в отчаяние и вялость, известные как ангедония (anhedonia – «равнодушие к радостям жизни»). Влюблённый человек может находиться в таком изменённом состоянии мышления даже до целого месяца, пока он/она будет в состоянии объяснить свою неудачу и возобновить попытки/поиски/действия. Основные возбудители (стимулы) при этом – это отличие (различия) и социальные барьеры: они усиливают романтическую страсть и жажду; это явление названо как “разочарование” (disappointment – «обманутая надежда; разочарование; разочарованность; неприятность»).

В основе такого состояния всей этой романтической тоски и любовного экстаза лежит большой страх. Исследователи подтвердили выводы о том, что ощущало большинство “влюблённых” участников. Некоторые, например, можно было описать так: «««У меня был нервный срыв, мне казалось, что я потерял разум…»»» или «««То было что-то, подобное “страху перед сценой”, когда нужно выйти перед аудиторией… то есть, руки дрожали, когда я позвонил в её дверь… когда звонил ей по телефону, то чувствовал, что я могу слышать пульс в своих висках громче, чем гудки вызова в трубке телефона»»».

Состояние любви – гипоманиакальное

Сопутствующее состояние “приподнятого настроения”, “энергичности” — гипомания (hypomania), гипоманиакальное состояние — ещё одна яркая черта ощущения “романтической любви”. Находясь под влиянием, влюблённые проявляют следующие физические признаки (симптомы): дрожь, бледность, гиперемия (переполнение кровью сосудов), общая слабость, чувство неловкости, ощущение подавленности, заикание, а также несколько реакций симпатической нервной системы (СНС), в том числе, потливость, “бабочки” в животе, ускоренное сердцебиение, затруднения при еде или во время сна. Некоторые даже испытывают потерю своих главных способностей и навыков к деятельности, в том числе, профессиональных способностей.

Стендаль — французский романист 19-го века — подробно описывал это чувство. Он писал: «««после обеда пошёл прогуляться со своей возлюбленной; каждый раз, когда я брал её руку, я чувствовал, что могу потерять сознание, и я должен был сосредоточиться на том, что я иду»»».  Застенчивость, ожидание (надежды, мечтания), страх быть отвергнутым, тоска по взаимности, интенсивная мотивация (концентрация) в получении этого “особого человека” (в контакте с ним) и другие симптомы – это центральные ощущение романтической страсти/влюблённости. Влюблённые также легко идут на крайние меры/действия, чтобы “защитить свои отношения”; бихевиористам эти поведенческие действия известны как “опека своей самки”.

Прежде всего, участники опыта Д.Теннов выражали чувство беспомощности, ощущение того, что эта навязчивая идея “любви” является неразумной, самопроизвольной, неадекватной, безотчётной и трудно контролируемой. В частности, мужчина, работавший административным руководителем, писал о своём романе так: “Я всё больше понимал, что это влечение к ней является своего рода биологическим инстинктом, то есть, поступками, которые я не могу  контролировать по своей воле. Инстинкты управляли мною. Я пытался отчаянно противостоять этому, чтобы ограничить влияние на меня, чтобы направить его в адекватное русло, чтобы отказаться от инстинкта, но одновременно наслаждался ею и вёл себя так, чтобы заставить её реагировать! Хотя я знал, что у меня нет абсолютно никаких шансов жить вместе с ней, но мысли о ней были навязчивой идеей”.

Состояние “романтической любви” даёт весь арсенал интенсивных эмоций, в частности, таких, как влечение (attraction – «притяжения, тяга; привлекательность; приманка, прелесть») от высокого до низкого уровня проявлений, прикрепленного к одному объекту. И при этом он/она — этот “объект любви” — имеет прихоть командовать “влюбленным” в ущерб как ему самому, так и всем вокруг, включая его работу, семью, друзей. И эта невольная мозаика мыслей, чувств, мотиваций и фиксаций частично связана с сексом. Захваченные любовью участники опыта жаждали иметь секс с их любимым человеком, но сексуальное влечение было оттенено другим страстным желанием: они хотели, чтобы их любимый человек или позвонил, или написал, или пригласил их, то есть, прежде всего, чтобы отреагировал на их “страсть” взаимностью. У одержанных любовью людей эмоциональный отклик объекта любви превосходит сексуальное желание к объекту любви: 95 процентов участников женского пола и 91 процент мужского пола отклонили утверждение “лучшее в любви – это секс”.

Чувство любви и возраст

Это чувство может вспыхнуть в разном возрасте . Когда проводилось анкетирование о “романтической любви”, в ходе которого были собраны данные о 437 американцах и 402 японцах, выяснилось, что люди старше 45 лет и моложе 25 лет не показали существенных статистических различий (по 82 процента запросов). Особенно сильные чувства “романтической любви” сначала обычно происходят в пределах возраста полового созревания (12-24 лет).

В 1996 году был осуществлен проект, чтобы определить, что происходит в мозге, когда человек впадает в глубокое состояние безрассудной любви. Сначала были собраны данные об  активности мозга (с помощью функциональной магнитно-резонансной томографии [фМРТ]), когда подавленный  любовью участник выполняет две отдельные тестовые задачи: 1) глядя на фотографию своего любимого, и, 2) глядя на фотографию того, кто не вызывает у него никаких положительных или отрицательных чувств. Эксперимент заключался в том, что когда участник был занят просмотром 1) положительных и 2) нейтральных фотографий, то искусственно создавался процесс отвлечения. Например, сложное математическое задание должно было бы очистить мозг от сильных эмоций с исследованием разницы 1) влияния “любимого фото” и 2) влияния “нейтрального фото”. Таким образом, можно было сравнить активность мозга, которая имела место при различных вариантах обстоятельств.

Учёные пришли к таким выводам. Прежде всего, причина повышенной активности нейромедиатора дофамина (dopamine) — естественного стимулятора — в мозгу в том, что эта часть мозга генерирует ощущения энергичности, эйфории, тяги (влечения), сгущения (внимания, “концентрации”) и мотивацию, то есть ощущения, свойственные состоянию “романтической любви”. Опыт также подтвердил тесную связь этого состояния с нейрохимическим гормоном норадреналина, что добавляет свой вклад в “безумство” влюблённого, потому что данный нейромедиатор также провоцирует состояние сгущения (привязанности, зависимости) и мотивацию (действие), а также некоторые из телесных реакций романтической любви, такие, как “бабочки”в животе,”подкашивание” колен и сухость во рту. Низкая активность серотонина в мозговой системе создаёт навязчивые мысли, сопровождающие романтическую страсть. Многие другие нейрохимические системы также вовлечены в это состояние, производя вместе диапазон эмоций, мотиваций и поведения, характерных для состояния романтической любви. Хотя главным является дофамин (допамин).

Доктор Люси Браун (Lucy L. Brown Ph.D., США, Albert Einstein College of Medicine), психолог Артур Арон (Dr. Arthur Aron, США, Stony Brook University) и их коллеги провели следующий эксперимент: они просканировали деятельность мозга 17 влюбленных участников: 10 женщин и 7 мужчин, которые были “безумно счастливы в любви” на протяжении в среднем 7-8 месяцев. Первые результаты опыта были изучены в лаборатории медицинского колледжа Альберта Эйнштейна (Albert Einstein College of Medicine; Bronx, NY, США). Мониторы показали сгустки активности в вентральной области покрышки (‘ventral tegmental area“, “VTA“) мозга. Эта крошечная часть у основания головного мозга производит природный стимулятор дофамин (допамин) и посылает его во многие его области. Хотя также обнаружена активность и в других областях мозга, но “VTA” имеет особо важное значение. Благодаря этой “фабрике” в части мозговой системы, мозг генерирует желание, поиск, жажду, эмоциональную энергию, внимание (“концентрацию”) и мотивацию. Это является причиной того, что “влюблённые” могут не спать всю ночь, также многие из них говорят, что они настолько невнимательны, что у них возникает “головокружение”, они неадекватно оптимистичны, “дружелюбны/добры”, полны ощущения жизни. Благодаря этому их жизненные функции переходят на высокую “скорость” (“частоту”). В таком состоянии и мужчины, и женщины чувствуют эту “страсть” одинаково мощно. Дороти Теннов исследовала более 800 участников: мужчины и женщины переживали эту интенсивную “страсть” в равных пропорциях. Л.Браун, А.Арон и коллеги также это подтвердили. В исследовании “счастливо влюбленных” юношей с помощью фМРТ (fMRI) была отмечена большая активность как в области “VTA“, так и других нервных возбудителях “романтической страсти”. Их коллеги снова сделали такой эксперимент по сканированию мозга в Китае, китайские участники также проявили столько же активности в отделении “VTA” и других дофаминоактивних нейрохимических путей мозга. То есть, люди разных стран чувствуют эту любовную страсть одинаково.

Состояние любви как инструмент выживания человечества

Поскольку возле области мозга “VTA” находятся “примитивные” области мозга, связанные с жаждой и голодом (с выживанием), то “романтическая любовь” – это одна из основных причин человеческой физической активности для выживания. Доктор Л.Браун добавляет к этой точке зрения следующее: “романтическая любовь” – это механизм выживания, и столь же важный, как тяга к воде и пище. Этот “драйв” (стимул, побуждение, внутренний импульс) – как механизм выживания. Аналогично проявление “стимула” этой области мозга при наркомании.

Кроме того, люди – это не единственные существа, которые унаследовали “химию любви”. Когда самка полёвки (Microtus ochrogaster) начинает выражать стремление к полёвкам мужского пола, то она чувствует 50-процентное повышение активности дофамина (допамина) в части этой конкретной системы. Увеличение дофамина в головном мозге также связано с привлекательностью и привлечением самок, например, в загоне овец. Итак, этот нейронный механизм привлечения (привлекательности) эволюционировал и развился у многих видов млекопитающих, птиц и других существ – чтобы человек мог предпочесть и сосредоточиться на одном конкретном брачном объекте (“партнёре”), тем самым сохраняя ценные индивидуальные время и энергию от ухаживания. Однако, в большинстве видов существ, это притяжение (“прелесть”) короткое по продолжительности и длится от нескольких минут до нескольких недель. Но у человека интенсивное эмоциональное состояние на ранней стадии романтической любви может длиться дольше (от 2-3 месяце до 2-3 лет).

Однако, этот опыт показал и возможность существенной разницы. Базовые воздействия и базовые количества дофамина (а также норадреналина и серотонина) изменяются от одного человека к другому, потенциально изменяя склонность конкретного человека влюбиться и остаться в состоянии “любви” (“влюблённости”). Но и другие системы мозга тоже влияют на уровень “романтики” индивидуума. Например, некоторые из тех людей, которые утверждают, что они никогда не испытывали романтическую любовь, имеют гипопитуитаризм (hypopituitarism) – редкое заболевание гипофиза, что вызывает гормональные проблемы и “слепоту к любви”. Такие мужчины и женщины ведут нормальную жизнь, и некоторые женятся ради дружеских или иных отношений, но этот “душевный подъём” или “пожар в груди” влюблённых им непонятны. Кроме того, шизофрения, болезнь Паркинсона и некоторые другие болезни меняют дофаминовые пути.

Последствия “несчастной любви”

Как и любая зависимость, романтическая любовь может привнести беспорядок и хаос в жизнь человека, особенно, когда при неудаче (при “несчастной любви”).

Чтобы узнать больше о работе нейронной системы, связанной с “отверженностью в любви”, эта группа ученых использовала МРТ для изучения десяти женщин и пятерых мужчин, которые были недавно “брошены”. Средняя продолжительность времени с момента первичного отказа (отвержения) составила примерно два месяца (63 дня). Все участники, пережившие “страстную любовь”, прошли тестирование и анкетирование, в которых измерялась интенсивность их “романтических чувств”. Все сказали, что они тратили более 85 процентов своего времени на сон, вместо сна думая о человеке, который их “покинул”. И они до сих пор хотели своих “любимого”/”любимую”, которые их отвергли.

Результаты были неожиданными и интересными. Рост мозговой активности наблюдался в нескольких областях системы вознаграждения (Reward system – система внутреннего подкрепления/поощрения) в мозге. Активизировались такие области мозга, как ‘VTA‘, связанные с чувством интенсивной “романтической любви”, вентральная спирохета (ventral pallidum), связанная с чувством “глубокой приверженности”, островная кора головного мозга (insular cortex) и передняя часть поясной извилины (anterior cingulate cortex, ACC), которые связаны с ощущениями физической боли, чувством тревоги и бедствия, что также является видом ощущения боли. Также были задействованы области  прилегающего ядра (nucleus accumbens, NAc, NAcc),  орбитофронтальная кора (orbitofrontal cortex, ОФК, OFC) и префронтальная кора (prefrontal cortex, ПФК, PFC) головного мозга – мозговые участки, связанные с оценкой человеком “получения/преимуществ и потери/недостатков”, а также с зависимостью и наркоманией.

Самое непосредственное отношение к состоянию влюбленности имеет деятельность этих областей мозга, что коррелирует с тягой наркоманов к кокаину и другим наркотикам. Иначе говоря, эти исследования показали, что данное сканирование мозга “брошенных” людей (тех, кому дали отказ “любимая”/”любимый”) и которые ранее были “безумно влюблены” и глубоко привязаны к своему объекту, означает: такие люди находятся в состоянии физической и психической боли; они навязчиво думают/переживают о том, что они потеряли; и они желают соединения с их любимым человеком, который им отказал/покинул. Это состояние людей превращается в зависимость .

Им очень трудно вернуться к прежней жизни после ярких любовных отношений и переживаний. В Северо-Американском Сообществе Колледжей (The North American Fraternity) 93 процента юношей и девушек сообщили, что они были “брошены” (“отвергнуты”), когда они “страстно любили”, в то время, как 95 процентов сообщили, что они “отвергли” кого-то, кто был глубоко влюблён в них. И это были только первые разочарования в их начинающейся жизни. Многие снова получали подобный опыт “расставания” в дальнейшей жизни.

В этапах этого процесса “отвержения и возвращения” существует определенная закономерность. На первом этапе — на стадии протеста — “брошенный влюблённый”, находясь в состоянии одержимости, делает всё, чтобы вернуть/заполучить “любовь объекта”. Когда ему это не удаётся, то наступает состояние отчаяния; “влюблённый” хоть и имеет надежду, но постепенно сползает в состояние депрессии. Эти оба этапа связаны с системой дофамина в головном мозге. И обе эти стадии глубоко укоренились в сознании гомининов (Hominini) — то есть, в сознании как людей (Homo), так и человекообразных (антропоидов, гоминоидов). Например,  человекообразная обезьяна Люси (то есть австралопитек) тоже была “любящей”, даже могла при потере “любимого” чувствовать страдание, подобное человеческому.

“Чем больше женщину мы меньше, тем больше меньше она нам… ” (М.М.Жванецкий). “Чем меньше у меня надежд, тем больше я люблю её {женщину}” (П.Теренций, древнеримский поэт и писатель, 185-159 гг. до н.э.). Когда “влюблённый” сталкивается с препятствиями в своих романтических порывах, то его страсть усиливается – это явление называется “разочарование-притяжение” (frustration-attraction, “фрустрация и тяга”), то есть, трудности только разжигают влечение. Проблемы усиливают чувство “романтической любви”, и это также общеизвестно. Причина этого явления коренится в головном мозге. Когда “награда” задерживается (в функции “системы вознаграждения/поощрения“), то ближайшие нейроны “системы дофамина” мозга продолжают свою деятельность, поддерживая в человеке иллюзорные чувства интенсивной “романтической любви”. Такие же  склонности установлены  у наркозависимых людей.

Стресс повышает ответную реакцию дофамина. Когда млекопитающие, особенно человекообразные (антропоиды), впервые испытывают серьёзный стресс, в том числе как телесные реакции, это увеличивает активность центрального дофамина, норадреналина и супрессии (подавления) центрального серотонина; этот отзыв (реакция) известен как “ответ на стресс“. Брошенный “влюблённый” также страдает от разочарования и склонен к агрессии; психологи называют этот состояние “гнев из-за отказа” (из-за потери). Даже когда “объект любви” несчастного влюблённого благосклонно, с сочувствием относится к “влюбленному” и выполняет свои обязанности (например, в качестве коллеги, одного из родителей или друга), то всё равно состояние брошенных людей колеблется между горем (тоской) и яростью (гневом); это – другой тип ответа нейронных коррелятов.

Система “первичного гнева” тесно связана с центрами в префронтальной коре (prefrontal cortex, ПФК, PFC) головного мозга и предусматривает “желание награды” (система вознаграждения в мозге). Так человек начинает понимать, что ожидаемая им “награда” (получение желаемого объекта) находится в “опасности” (есть риск, сомнения, неуверенность в ее получении), или даже вовсе недостижима, тогда эти области префронтальной коры стимулируют миндалину (corpus amygdaloideum, миндалевидное тело) и “выпускают пар” напряжение от гнева/ярости; этот механизм влияет на сердечную деятельность, способствует повышению кровяного давление и подавляет иммунную систему. Этот “гневный ответ” (“реакция ярости”) на несбывшиеся ожидания довольно распространен и у других млекопитающих; например, когда кошку ласкают, то она мурлычет, а когда это приятное возбуждение у неё снимается, то она может укусить.

Действительно, состояние “романтическая страсть” и состояние “гнев из-за отказа/отверженности” имеют весьма много общего {поэтому говорят: “От любви до ненависти один шаг”}. Оба ощущения связаны с телесным и психическим возбуждением; оба побуждают к навязчивому мышлению, сосредоточенности на объекте, мотивированному и целенаправленному поведению; и оба вызывают интенсивное “томление” (“одержимость”) – либо ради “соединения с объектом”, либо ради “возмездия за отвергнутую любовь”. Более того, оба эти чувства – “романтическая любовь” и “гнев/злость/бешенство” – могут быть в тандеме. В своем исследовании Брюс Эллис (Bruce Ellis) и Нил Маламат (Neil Malamuth) сообщили, что у 124-х пар “романтическая любовь” и “гнев/игнорирование” реагируют на различные типы внешних раздражителей. Уровень ощущения “влюблённость” и уровень ощущения “гнев или уныние” колеблются в зависимости от реакции на внешние события, которые отнимают цель/объект “влюблённого”; например, такие события, как неверность “объекта”, отсутствие у него эмоциональной привязанности, его отказ, и так далее. Эмоциональное чувство/состояние “влюблённого” колеблется в ответ на события, которые влияют на достижение его цели, например, такие как явная поддержка (словами или отношением) “объекта-участника” во время общения (с родственниками или друзьями), либо прямое “признание в любви” объекта ему.

Таким образом, ощущение “романтическая любовь” и ощущение “гнев/отчаяние” часто работают одновременно в паре, добавляя интенсивности к создаваемой ими “наркотической” зависимости, которая захватывает человека. Эта пара процессов напоминает такой механизм как “реакция протеста” у людей и животных, поскольку это вытекает из основной механики поведения всех млекопитающих (как человекоподобных антропоидов, так и людей); этот механизм “протестная реакция” всегда срабатывает аналогичным образом и в социальной жизни людей, когда какой-либо вид человеческой или общественной привязанности разрывается (когда психическая/душевная “объединённость” разрушается).

Возьмём, например, щенка. Когда его забирают от матери, и он остаётся один, он сразу же начинает бродить, лихорадочно прыгать на дверь, скулить и ныть в «знак протеста» — “протестная реакция”. Или, например, изолированные крысы излучают непрестанные ультразвуковые крики, они не могут нормально спать, – настолько интенсивно возбуждён их мозг. Целями таких “акций протеста” есть повышение бдительности/тревожности и стимулирование внимания окружения к брошенному живому существу, поиск и зов на помощь. Как и все страстные ощущения, романтическая любовь может привести к насилию. Психические механизмы “реакция в знак протеста”, “реакция на стресс”, “фрустрация-притяжение” (влечение из-за разочарования), “гнев/злость из-за покинутости”, “страстное желание” (психическая одержимость), “признаки отказа/отвергнутости” – всё это играет значительную роль в мировом уровне преступлений из-за “страсти” (из-за “любви”).

Однако, затем наступает третья фаза: в конце концов отверженный “влюблённый” сдаётся. Он/она прекращает преследование “любимого объекта”, которое пытался выполнять в начале второй фазы, и впадает в общее состояние “романтического одиночества”, в состояние смирившегося отчаяния и печали. На этом 3-м этапе брошенный “влюблённый” проживает ощущения усталости, состояние подавленности, тоски и депрессии; это третье состояние известно как «реакция отчаяния». В исследовании 114 мужчин и женщин, которые были отвергнуты “партнёром” в течение последних восьми недель, из них 40 процентов переживали клинически подтвержденное состояние глубокой депрессии. Бывает, что некоторые из влюблённых даже умирают от сердечных приступов или инсультов, вызванных их состоянием депрессии, а некоторые даже совершают самоубийство.

Большинство брошенных “влюбленных” в некоторой степени чувствуют это ощущение “печали/тоски/горя” во время первой фазы протеста, но его степень растёт вместе с постепенным исчезновением надежды на цель/объект. Это состояние отчаяния связано с несколькими сетями мозга. Однако, сеть дофамина здесь принимает ключевое участие. Когда отвергнутый “влюблённый” начинает понимать, что “награда” (цель) никогда не будет получена, то клетки, вырабатывающие дофамин в «системе вознаграждения» мозга, уменьшают свою активность, создавая противоположное состояние – подавленность, вялость и депрессию. Суть процессов в том, что краткосрочный стресс обостряет производство дофамина и норадреналина; а долгосрочный стресс подавляет активность этих нейрохимических гормонов, оставляя после себя такое состояние, как депрессия.

~~~

Многие специалисты утверждают, что зависимость – это патология , расстройство и проблема. По причине того, что “романтическая любовь” дает зачастую, якобы, положительный опыт (то есть чаще она не вредна), большинство исследователей не согласны ее официально классифицировать как наркоманию. Однако, с точки зрения поведения, закономерностей и механизмов мозга, зависимость от любви столь же реальна, как и любая другая зависимость. Даже когда романтическая любовь не вредна, все равно это состояние связано с интенсивным увлечением и возбуждением, и это мешает “влюбленному” быть умным, делает его безрассудным, бессознательным, заставляет делать опасные или неуместные вещи. Кроме того, все формы злоупотребления наркотическими веществами, включая алкоголь, опиаты, кокаин, амфетамины, каннабис и табак (а также страсти без веществ   – страсть к еде, азартным играм, сексу) активизируют несколько таких же “путей вознаграждения “в мозге, которые присущи и счастливому влюбленному, и отвергнутому.

Однако, в отличие от всех других зависимостей, которые могут затрагивать лишь некоторую часть населения, формы любовной зависимости случаются почти у каждого человека время от времени в течение жизни. Современные исследовательские данные свидетельствуют о том, что романтическая любовь должна рассматриваться как наркомания, хотя до сих пор отсутствует официальная диагностическая классификация ее как наркомании.

~~~

Первые «животнообразные» предки человека двигались в том направлении, где они получали «прилив чувств», ощущения удовольствия. Эти «приливы ощущений» давали им внутреннюю движущую силу, которая появился, когда наши предки начали превращались в человека (Homo) и начали входить в отношения, которые соответствовали их естественной цели выживания — самосохранения и размножения. И поэтому продолжительность состояния “влюбленности/любви” длится лишь от 3 до 4 лет . Системы мозга, связанные с дофамином, вазопрессином, окситоцином и другими нейрохимическими гормонами (нейротрансмиттерами), управляют этим процессом “любви”. Влияние гормонов обостряется, когда человек “влюбляется”; оно меняется, когда “влюбленный” начинает чувствовать глубокую привязанность и “божественную” любовь (связь); и в конце концов этот “цикл любви” утрачивает ощущение влечения (или становится перегруженным), что приводит к равнодушию или беспокойству, к исчезновению “любви” и к возникновению проблем у человека, связанных с нездоровой привязанностью к объекту чувств и различным зависимостям.

 

Используемые материалы:
Хелен Фишер. «Почему мы любим: природа и химия романтической любви», 2004.
Хелен Фишер. «Ключ к успешным отношениям = Finding Real Love By Understanding Your Personality Type».
Хелен Фишер. «Алхимия любви – Формула успешных отношений».
Х. Фишер “Анатомия любви: Естественная история спаривания, бракосочетания, и почему мы ошибаемся”, 2016.
Helen E. Fisher. “The Sex Contract – the Evolution of Human Behavior”. – Quill, 1983.
Helen E. Fisher. “Anatomy of Love – a Natural History of Mating, Marriage, Stray”. – Quill, 1993.
Helen E. Fisher. “Why We Love: The Nature and Chemistry of Romantic Love”. – Henry Holt, 2004.
Helen E. Fisher. “Why Him/Her? Finding Real Love By Understanding Personality Type”. Henry Holt, 2009.
Bruce Ellis & Neil Malamuth (2000). “Love and anger in romantic relationships: A discrete systems model”.   Journal of Personality, # 68, (pp. 525-556).
Bruce Ellis & L. Campbell     (2005). “Love and commitment; In D.M. Buss”. The Evolutionary Psychology handbook (pp. 419-442). New York: John Wiley & Sons.
Neil M. Malamuth, “Pornography and Sexual Aggression”, Academic Press, 2014.
Neil Malamuth, “Sex, power, conflict: Evolutionary and feminist perspectives”, Oxford University Press, 1996.
Andreas Bartels, Semir Zeki. “The neural basis of romantic love”.   Neuroreport 11 (17), pp. 3829-3834, 2000.
Andreas Bartels, Semir Zeki. “The neural correlates of maternal and romantic love”. Neuroimage # 21 (# 3),   pp. 1155-1166, 2004.
Andreas Bartels.     “Love and Anger in Romantic Relationships: A Discrete Systems Model”.
Fisher H., Aron A., Brown L. “Romantic love: an fMRI study of a neural mechanism for mate choice”, Journal of Comparative Neurology # 5, # 493 (1): pp. 58-62, 2005.
Aron A., Fisher H., Brown L. “Reward, Motivation and Emotion Systems Associated with Early-Stage Intense Romantic Love”. Journal of Neurophysiology # 94: pp. 327-37, 2005.
Fisher H., Aron A., Brown L. “Romantic Love: a mammalian brain system for mate choice”. Philosophical Transactions of Royal Society London – Biological Sciences. Dec 29; 361 (1476): 2173-86, 2006.
Helen Fisher, Lucy Brown, Arthur Aron. “Reward, Addiction, and Emotional Regulation Systems associated with Rejection in Love”. Journal of Neurophysiology # 104: pp.51-60 2010.
Acevedo B., Aron A., Fisher H., Brown L. “Neural correlates of long-term intense romantic love”. Social, Cognitive and Affective Neuroscience. Feb; # 7 (# 2): pp.145-59, 2012.
Acevedo B., Aron A., Fisher H., Brown L. “Neural correlates of marital satisfaction and well-being: reward, empathy and affect”. Clinical Neuropsychiatry # 9: pp.20-31, 2012.

 

// Авторы: Дмитрий Шеколенко, Антон Кузнецов .

~~~


(Visited 451 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *